https://i.servimg.com/u/f78/19/97/44/27/410.png

Рикард Авенмор написал(а):

- Ты явно поскромничал - одобрительно кивнул Рикард, вернувшемуся Арену - Переговоры получились просто замечательные.
- Думаешь, откроют? - Леннард смотрел на внушительную стену, и стрелковые башенки, по обеим сторонам от ворот со вполне понятным сомнением. - Если они запаслись провизией, то мы год можем тут осаду держать...
- Не можем. - мрачно отозвался Рикад. - Мэйнстон имеет выход к морю в черте своих стен, и какой смысл держать его в осаде, если они все это время смогут подвозить провизию и все потребное? Тут не узкий залив, и не устье реки. Тихая Бухта слишком широкая, чтобы перекрыть ее и установить морскую блокаду нам понадобилась бы целая флотилия судов, даже больше той, что перевезла нас сюда. Его можно взять только штурмом.
- А если придется... - в голосе кронпринца послышалось сомнение. Леннард, всегда предпочитавший дипломатию войне, был явно не в восторге от перспективы строить тут катапульты и тараны, и раз за разом идти на приступ, под ливнем стрел с городских стен, а также камней, горящей смолы, кипящего масла и вообще всего такого, чем обычно встречает неприятеля подготовившийся к обороне город.
Рикард пожал плечами
- Если придется, то и возьмем.
- Думаешь...? - в голосе брата легату чувствовались сомнения - Я бы поставил на оборону, будь я на их месте. Вон стены какие высокие. Они оттуда сверху и смолу лить могут, и масло, и камни бросать, и лестницы твои сбрасывать... О такие ворота приступ разобьется как волна об скалу.
- Конечно разобьется, если бездумно переть и переть на ворота всей силой, как бык на корову. Но зачем? Если распланировать приступ с умом... Сутки на постройку осадных машин, день на отсып, ночь на штурм, итого, через двое суток я положу этот город к твоим ногам, твое высочество, если придется. - Рикард дернул щекой, поймал ошеломленный и недоверчивый взгляд Леннарда и невесело усмехнулся,. - Не веришь?
Тот явно не верил, хоть и знал, что на пустую похвальбу брат никогда не разменивался.
Рикард вновь пожал плечами и указал хлыстом на юг, где городская стена, спускаясь с возвышенности к берегу, ярдов на тридцать уходила в море.